Алексей Барабаш: «Если бы я был мусульманином, то уже бы имел гарем»

Ктo-тo гoвoрит, чтo этo гoрoд тяжeлoй и мрaчнoй, нo пo-прeжнeму eгo любит, a ктo-тo вooбщe нe мoжeт жить тaм.— Этo был тяжeлый и мрaчный. С сeдинoй я буду стaнoвиться интeрeснee. Кoстры, гитaры, рoмaнтикa…— Пaпa пoддeржaл мaмину идeю oб aктeрствe?— Нeт, oн выбрaл нeйтрaлитeт.— Oн вooбщe в сeмьe былo тaкoe oтнoшeниe?— Нeт, oн пo-прeжнeму был связaн в трудныe мoмeнты. Пoтoму я и нe рaбoтaю тaм, в кoнцe. Вы идeтe в пaрк, прoбeжишься, пoдтянeшься, oтoжмeшься нa брусьяx». A тaм ужe пoсмoтрим, кaк всe будeт рaзвивaться, пoтoму чтo будeт удивлять, рaсти. Я aнaлизирую, я смoтрю нa сeбя сo стoрoны и вижу, чтo этo oчeнь xoрoшo, стaрeю. Я мoгу бeжaть килoмeтрoв пять или шeсть, и у мeня выдeлятся эндoрфины, кaк oт aлкoгoля. Нo я знaю мнoгo питeрскиx пaрнeй, бoдрыx и пoлнoстью oтoрвaнныx.— Нo для вaс этo ужe «xлeб» или «булкa», «пoрeбрик» или «бoрдюр», «пaрaднaя» или «пoдъeзд»?— Я нe eм ни xлeб, ни булку, ни кeксы, ни пoнчики (Смeeтся). — Прим. Этo всeгдa интeрeснo. Нo вы пришли в нeй тoлькo нa интeрвью, a нe нa сoбытиe, дaжe…— Этo oсвeжaeт. В oбщeм, вся рeчь былa гoвoрить oбo мнe. A вoт, нaпримeр, приехал на велосипеде. А вы?— Вообще жизнь — это большое счастье. Это произошло на четвертом курсе, он поставил меня в пример однокурсникам.— После чего?— Я прочитал полностью «Юбилейное» Маяковского. Полностью убежден, что вы должны быть в состоянии отпустить ситуацию, и только тогда в вашу жизнь войдет что-то интересное.— Вы когда-нибудь чувствовали, что актер — профессия не мужская?— Конечно, это не мужская профессия. (Смех в зале).интервью, алексей барабаш И до сих пор все, что касается родителей, для меня это святая тема.— Однако, потом вы ушли от родителей, из родного Питера. Но я очень люблю эти упущения. Например, французы умеют наслаждаться и получать удовольствие от обычных вещей. Если нет работы, то хорошо, что можно отдохнуть. Это удивительное свойство организма, я могу сразу же органично одежду, которую мне дал: от исторических костюмов до тренировочных штанов с вытянутыми коленками. На первом курсе я вообще присматривался, не знал, где я. (Смеется.) Нет, конечно, я заметил женскую красоту, очарование, но жизнь слоистые, как пирог. Это правда.— Первый раз женился в девятнадцать лет на однокурснице. И там и там может быть трудно, если его нет.— А интересно?— Интересно, конечно, с артисткой. Я согласился. Но это не болезненное отношение маменькиного сыночка. Я вообще был достаточно хитрый парень. Я с девятнадцати лет живу самостоятельной жизнью, но при этом мы с родителями не отпускаем друг друга. Или не солнца, но хорошо, что это-это и это… И так же легко я бросил курить.— Многие, бросив курить, быть лучше, и вы можете, наоборот, хорошо, правильно…— Да, на пятнадцать килограммов, если сравнивать с Ободзинским. провал. И тогда мы с Анатолием Праудиным отправились и сделали Экспериментальную сцену, но позже я и с ним было столкновение. Ты должна хорошо выглядеть, так что нужно делать упражнения. И, как говорил мой мастер Зиновий Яковлевич Корогодский, через некоторое время я «опсовел». Я стараюсь во всем видеть положительное.— Раньше говорили: «Питер — мой дом, я оттуда никогда не уеду». Но когда встал вопрос о ребенке, это сознательно и железный искусства.— А теперь уже сын девятнадцати лет.— В феврале будет двадцать. В чем сейчас, в плане действий, выражается ваша любовь к нему?— Прежде всего, в том, что мы все время в контакте. А на втором все произошло, как по щелчку: мы с моей будущей женой, как это ни странно, показали отрывок, в котором я почувствовал всю глубину погружения и счастья актерского существования на сцене. Если за мной машина пришла, это хорошо, что поработаю. Это было невероятно и очень красиво.— А когда вы пришли в театр, увидели именно то, что и представлял себе?— Вообще не то. Я просыпаюсь и думаю: «Я проснулся». Для него так называемый кризис средних лет, привел к совершенно положительные изменения: актер отказался от курения и алкоголя, перешел на вегетарианскую диету и занимается спортом. С блестящим асфальтом после дождя, с лужами, с особым запахом сырого гранита. Они были вместе, то расставались, но отец имел удивительную особенность — он всегда появлялся в нужный момент. Еще я перестал есть мясо, и это не каприз, просто болен. При этом я не хочу моделировать ситуацию так, чтобы она была кто-то выгоднее, чем мне.— Ваш папа — джазовый музыкант. Но это также очень красивый город, и мне нравится, и дышать здесь легче, чем в санкт-петербурге. Нет такой роли такого материала. И услышав реакцию зрителя, в данном случае своих однокурсников, испытала волнение.— Это, это был первый успех?— Да! До этого я мог пальцем погрозить или пряник дать.— Сын сам стал инициатором этих отношений?— Да, он стал для меня reach out, я ждал на этот момент. Еще меньше общаться.— А есть необходимость?— (Пауза.) Не думаю, что я хороший отец. Если мы находимся в одном пространстве, то я иду в кровать, он гаммы играет, я просыпаюсь, он уже играл. Но нужно лечить просто и спокойно, как на правила игры. «Александр Сергеевич, разрешите вам представиться. Казалось бы, в своей стране должно дышаться легче, но это не так. А в Москве я я я, потому что это центр, столица. Он понятия не имел, чем хочу заниматься. Вот еще одна группа, и все по-другому. И я стараюсь, что приходит раз в месяц или два дома. Это проявляется и в общении с режиссером, и с партнерами, и с группой. Сам факт их существования — это очень круто, потому что их появление на свет — большая случайность. Если бы я был мусульманином, уже имел бы гарем. В принципе, я достаточно легко вписывался в новый коллектив и быстро понял, что к чему. Я много хожу пешком, если нужно подняться на холм, то бегу. (Смеется.) Тогда вы живете быстро, быстро, а потом раз, и… И очень рад, что так получилось. Я должен любить. На пороге сорокалетия художник заявил, что готов стать сознательной подкаблучникомКто-то приходит сорокалетний юбилей боится, но не Алексея Барабаша. И я хочу, чтобы нравится зрителям. (Смеется.)В телесериале «Эти глаза напротив» Барабаш красиво созданный образ, певец Валерий ОбодзинскогоКадр из серии— Как вы думаете, питерская интеллигентность сегодня — это миф или реальность?— Абсолютный миф.— Как жаль.— При этом очень много людей, с которыми я общаюсь, но они не знают, откуда я, через некоторое время, спрашивает: «А ты не из Питера?». Я им не верю. Хорошо, что он идет в Питер, или в порядке, что я буду оставаться здесь. Конечно, эти люди очень важны для меня. Да, это работает всегда. Я могу много говорить о нем. Теперь я не использую любой другой транспорт (улыбается), отказался от автомобиля.— А если нужно на другой конец Москвы?— Велосипед. Я и слушал. И опять же, я существую по правилам: человек-художник. И мы с ним разговор, как старший товарищ с младшим. В принципе, у нас достаточно открытые и теплые человеческие отношения, что я даже не ожидал. Маяковский. ред.) И показал мне объявление о наборе в Санкт-Петербург гуманитарный университет профсоюзов на актерско-режиссерский факультет со словами: «Иди». Когда я поступил в другую школу, он знал, что мне нужно, чтобы связать определенные внутренние ресурсы, — я вошел в класс, понял, лидер, начал общаться с ним, а потом с остальными. Но и не мечтатель, я, скорее, созерцатель. Это время, когда я могу внимательно посмотреть в себя и многое понять. (Смеется.) И там и там может быть легко, если есть любовь. Я заинтересован, чтобы прочитать, что обо мне пишут в блогах в Интернете.Старший сын Петр – музыкант и композиторФото: личный архив Алексея Барабаша— Поступая в театральный университет, вы быстро поймете, что это именно ваш? Было бы больше счастья. Они совершенно разные, но оба с такими внутреннюю силу. Потому что странно, когда человеку накладывают тон и выщипывают брови. А двух других детей, пяти и четырех лет. Замечательно, что относиться ко мне, говорил: «Все будет хорошо, слушайте только то, что говорит режиссер». Арсений музыкант, композитор. И он был со мной по-другому общаться. Правда, я думаю, что вернусь, и рыбы, и мяса, потому что это не связано ни с некоторыми убеждениями, как у людей. Дай руку…» Решился на интересный способ, пить воображаемое пиво и общается с воображаемым памятник. Может быть, я не знаю, что это любовь в глобальном смысле, но влюблялся я очень глубоко. Мне две-три основные роли, но мне было достаточно. А теперь вдруг влюбился в нее, и себя в нем. Я был принят в ТЮЗ в хорошем режиссеру, и «старики» свалили на меня все, что имели: кучу, все третьи роли. Главный инструмент, в него — классическая гитара.— У вас есть гитара не дошло до конца, а вот у сына…— Он в дедушку. — Прим. Это был сознательный взрослый поступок или веселый шаг?— Игра во взрослость. Поразительно, казалось бы, после двадцати пяти лет организм начинает незаметно исчезать, и я, наоборот. И это, наверное, единственное, что мне не хватает. У меня есть одна особенность, я не буду скромничать (смеется): что бы я ни надел, все, кажется, хорошо. Но, во-первых, форекс — это хорошо, но и поребрик, на мой взгляд, звучит более элегантно, чтобы подавить. Она видела, что у вас есть способности?— Десятый класс я пошел в так называемую Школу творчества, потому что мы жили рядом с ней. (Смеется.)В картине Валерии Гай Германики «Краткий курс счастливой жизни»Кадр из серииГитара всегда была инструментом обольщения…— Инструмент, которым пробиваешь грудную клетку до женского сердца. Если у меня есть какие то проблемы, вопросы или случался кризис в отношениях с мамой, когда я был подростком, он чудесным образом появился и не, как Робин Гуд.— Теперь они вместе?— Да, все в порядке, я любуюсь на них. Тихо закончил он и лег на диван. И, как говорит сам, чувствует себя даже в лучшей форме, чем в молодости. Но я никогда не произведут хорошего первого впечатления. Но не было ощущения, что что-то прайм-тайм не происходит?— Не происходит. И потому надеется, что и на новую любовь, и яркая, интересная роль.— Алексей, каждый человек имеет свое чувство жизни. Но у меня есть ощущение, что я все еще получить опыт, и я буду быть интересным для кино (а может даже и в театр вернусь) в другом возрасте. Вы говорите на одном языке, что очень важно. А пока все это повлекло за собой другое ощущение себя в пространстве. А я один раз аккорд, два аккорд… После этого мне стало спокойно отложить в профессии. (Алексей сыграл главную роль в телефильме «Эти глаза напротив». Хотя, что это может быть, если я просто художник? И, в принципе, это все из хорошего. Мне предложили первую серьезную роль в «Бедный, бедный Павел», он не понял, посоветовал, чтобы определить.— Конечно, такой фильм не может это потерять. Говорят, что сразу видно. Однако…— Да, раньше я так сказал. (Смеется.)— В основном все дамы — актрисы. (Смеется.)— А когда женились, думали, что это раз и навсегда?— У меня в этом смысле абсолютно азиатская интерьер. А о санкт-петербурге говорят: «Придавило атмосферный столб». Не буду говорить, как и многие художники: «Мне это неинтересно». Вообще, старшие классы школы — это прекрасный возраст. Открываю шторы: «Солнце». И у меня есть мечта, чтобы найти такого человека, с которым можно было бы просто сидеть и смотреть друг другу в глаза.— Не нашли еще?— Нет.— Однако, было много попыток — были ли вы в браке четыре раза.— И я глубоко несчастный человек, честно сказать. А я за красоту. То есть, мы все были щенков, и вот, я вдруг опсовел. Мне нравится. И раньше я еще думал, что иногда можно пить. Признайтесь, с коллегами и еще легче строить отношения?— Актриса — это человек из вашей среды, соответственно, не нужно ничего объяснять, ничего разжевывать. (Смеется.) И отношение к профессии у меня серьезнее стало.— И вы все еще мечтатель или строитель планов?— Не строитель планов, это точно. Кроме того, в сознании. Потеря страшная, царство ему небесное.— После «Бедного Павла» у вас было много ролей, довольно прохладно. Действительно, я всегда имел чувство, что это раз и навсегда. года для того, чтобы ненавидеть свой репертуар театров. И соответственно, в мою жизнь вошел спорт.— Только сейчас?!— Нет, он был всегда, но как своего долга и необходимости, а теперь в удовольствие. У него было такое выражение. Каждый день, когда я просыпаюсь, я смотрю на себя в зеркало и сказать: «Ты художник, не забывайте это. Это очень идет. Я тридцать девять лет не особенно ценил, даже «убил», возможно, из-за некоторые глупости. Например, перестал употреблять алкоголь. Так все и понеслось.— Пошли, потому что мама — абсолютный авторитет или у вас такая любовь к ней?— Да, из-за любви к матери. А может быть, здесь все совпало. Но ем молоко, молочные продукты и яйца. Теперь мы друзья, — прямо не разлей вода. Я хочу что-то изменить, но не знаю, как это сделать. Так что, если все это связано с кризисом средних лет, он имел исключительно положительный.Петербуржец Алексей Барабаш прекрасно чувствует себя в МосквеФото: Instagram.com/barabashkino— Поступать в театральный институт вам предложила мама. Я считаю, что это очень хорошо, и ближе людей, чем они, для меня не существует.— Детство осталось в памяти радостным и веселым временем, или связан с кем-то опытом?— Мы очень много раз переезжали, я изменился, на мой взгляд, номер восемь, что меня коммуникабельным человеком. Шли в круг, и все, гитару в сторону.Телефильм «Таинственная страсть» в ближайшее время выйдет на экраныКадр из фильма— Сами понимаете, отец такого взрослого сына?— Нет, сын — это мой младший друг. В моем понимании театр — это храм, это студийность, это священство, как говорил мой учитель Зиновий Яковлевич Корогодский. ред.). Он упал с самим собой, а иногда и вообще не включается.— Было бы интересно посмотреть.— Я буду называть, когда закончить актерскую деятельность. Не знаю, почему и для чего все это, что происходит со мной, но сейчас я максимально открыт для того, чтобы в мою жизнь вошло чудо под названием «умная, чуткая, трепетная женщина». Но, мне кажется, это только некоторые мои природные качества. И мужски мы можем говорить, и шутить. Сначала отказался от красного, потом от курицы, потом от рыбы. И я очень многое изменилось, и без каких-либо усилий. И мама уже от отчаяния взмолилась: «Ну ты бабушка — артистка, может, у тебя слишком много, чтобы стать?» (Бабушка, Галина Францевна Русецкая, была актрисой Театра комедии Акимова. Но родителей была своя, очень индивидуальная, интересная жизнь. Пока мне трудно сформулировать свое отношение к ним. Поговорим об этом через десять лет. Я просто не могу представить, как это возможно. Так что в этом случае преимущества уходят в Северную столицу. Петр, вероятно, один из немногих городов, который не отпускает от себя. Все мои воспоминания из детства, хотя в них и солнце присутствует, и еще в основном с запахом свежего дождя. А на съемки за мной приходят, от этого я и сейчас не отказываюсь, потому что на пути можно подумать, сосредоточиться, чтобы читать. Они поймут и помогут.— В тот период, когда вы один и вы в процессе любви, что вы думаете жизнь?— Мне достаточно влюбленности в себя. (Смеется.)— Я смотрю на тебя, ты в белой рубашке. И он сказал, что-то, что я сделал, очень серьезно. Женщины-руководители немного испугался, потому что чувствуют силу, а некоторые руководители-мужчины — конкурентов. Стал ценить и свою жизнь, и других.— Это из-за не приходит сорокалетием?— Не знаю, может быть, какая-то химическая реакция произошла внутри моего мозга, моей души. Но он по-прежнему живет во мне и никуда не денется. Так как курс был актерско-режиссерский, все были старше меня, кроме одного парня. Я художник, я должен выучить текст, вы должны заботиться о себе. У меня сложилось ощущение искреннего разговора с интересным мужчиной…— Тот человек, который не художник, он во мне, и он совсем по-другому. Многим кажется, что я самоуверен, и очень нравлюсь себе. Олег Иванович был удивительным человеком, не говоря уже об актерской гениальности и говорить нечего. На гитаре бренчали все, и у меня было несколько коронных песен, я мог бы встретиться с ними во дворе. Плюс трудные времена, лихие девяностые — все виды ОПГ, цветут наркотиков, я был на грани, иногда просто ходил по краю. А именно, в такой форме, что я чуть меньше года назад. С тех пор ему стало интересно со мной так общается, со своих шестнадцати лет. В общем, это был хороший период моей жизни. Имел особую силу.— Что она для вас? А о музыке вы не думали, как о профессии, не справиться с ним в детстве?— Я играл на ударной установке, я пытался барабанщик, но в какой-то момент мне стало неинтересно. Меню должно выглядеть.— Не анализировали, почему это происходит?— Я думаю, что в этом виноват мой способ подачи себя. Они могут быстро выяснить отношения, но потом сидят и так смотрят друг на друга, в этом взгляде всю жизнь. Виталий Мельников — это шкала, и партнеры — Янковский и Сухоруков…— Да, я там прошел большую школу, с этими людьми. Я хороший сын, это да. Я даже говорю сейчас как человек-художник, и веду себя так же, потому, что должен играть в эту игру.— Игру?! Я родился там, и этот город мне очень ясно, на чувственном уровне. А теперь у меня вообще нет такой необходимости. И легко вошли в новую жизнь?— Я абсолютно в другой мир и в начале не относиться к нему серьезно. С особым моросью на лице. И мне кажется, что я уже тот возраст, когда я полностью готов быть подкаблучником. (Смеется.) Но, серьезно говоря, хотя и это серьезно как-то, я скажу, что, вероятно, это свойство темперамента.

Комментарии и пинги к записи запрещены.

Комментарии закрыты.

Translate »